Не отдавай королеву

Главный герой романа Тимофей Бурмакин - это потомок героев романа «Хребты Саянские».. В глухом таежном поселке, в страшную метельную ночь столкнулись сын погибшего на царской каторге политического ссыльного четырнадцатилетний Тимофей, его ровесник Виктор, сын адвоката, и сестра Виктора Людмила. В эту ночь все они остаются сиротами: от руки карателя погибает мать Тимофея, стреляется отец Виктора и Людмилы,..

Историко-революционный роман «Хребты Саянские» — одно из значительных произведений С. Сартакова, лауреата Государственной премии СССР. Писатель раскрывает сложный процесс возникновения и роста рабочего класса Сибири, его участие в революции 1905 года. Роман многопланов. В нем представлены все слои общества, все основные противоречия, свойственные эпохе.

Повести, вошедшие в настоящую книгу, связаны между собой: в них действуют одни и те же герои.

В "Горном ветре" молодой матрос-речник Костя Барбин, только еще вступает на самостоятельный жизненный путь. Горячий и честный, он подпадает под влияние ловкача Ильи Шахворостова и совершает серьезные ошибки. Его поправляют товарищи по работе.

Костя Барбин становится студентом заочником строительного института, и в борьбу с бесчестными людьми вступает, уже опираясь на силу печатного слова.

Молодой матрос-речник Костя Барбин, только еще вступает на самостоятельный жизненный путь. Горячий и честный, он подпадает под влияние ловкача Ильи Шахворостова и совершает серьезные ошибки. Его поправляют товарищи по работе. Рядом с Костей и подруга его детства Маша Терскова.

Извечная проблема отцов и детей в интерпретации Тициано Скарпа. Роман, основанный на личном опыте отцовства. В переводе одного из лучших переводчиков с итальянского Геннадия Петровича Киселева.

Повесть"Пальмы в снегу"  — новое хулиганское произведение русской литературы.

Представьте двух придурков типа Джея и Молчаливого Боба или Бивиса и Батхеда, только добавьте к их образу глубокие знания философии, истории и психологии.

Книга рассказывает  о спонтанном зимнем путешествии к морю двух пьяных и весёлых философов. Странные, мистические события происходящие с ними дадут подсказки для понимания смысла жизни и своего предназначения в ней.

Следователь расследует дело об отверчивании гаек на железнодорожных путях. Обвиняемый — мужичонко из деревни, расположенной недалеко от места преступления. Он охотно признается в содеянном, но собственную вину категорически не принимает как что-то возможное.

Автор относит свое произведение к жанру фельетона. В этом нет ничего зазорного. Скажем, «Крейцерова соната» Льва Толстого, «Записки из подполья» Фёдора Достоевского — те же фельетоны, лишь с разной степенью удачливости литературного исполнения: если у Федора Достоевского остро событийное поле динамично перетекает к коннотациям почти постмодернистского мироощущения и смысла, таким образом, раскалывая диатрибу безотрывным потоком сознания, то у Льва Толстого превалирует пафос, а это много портит собственно художественное назначение искомого жанра.

Казалось, что даже воздух был другим. Саша стоял перед старым, покрытым ржавчиной, покосившимся знаком, на котором виднелась надпись: Парусиново. Парень посмотрел в обе стороны, но на трассе было пусто. Чтоб попасть в Парусиново, нужно было съехать с трассы и ехать по старой дороге, где в трещинах асфальта прорастала трава. Никто давно по ней не ездил.

История страшного голода в самых хлебных районах Сибири, вызванного тем, что в течение нескольких лет запасы собранного хлеба отправлялись на винокуренные заводы, так что никаких резервов в регионе не оставалось.

Что представляет собой очередной аудиосборник рассказов Александра Прохорова?

Вот пара мнений от рядовых слушателей предыдущих публикаций аудиокниг Александра.

К. Кнопкина.

Rozhen.

Советский рассказ 20-х годов.

1919 год. Бронепоезд РККА «Республика» делает остановку в местечке Хреновино, где властвует «Отряд красного террора».

Вскоре происходит событие, разделившее жизнь хреновинцев на «до» и «после».

Луис Альберто Урреа «Дом падших ангелов» – пронзительная и полная юмора сага о большой и настоящей семье.

– Финалист премии National Book Critics Circle Award,.

– A New York Times Notable Book.

Патриарх мексиканского семейства Мигель Анхель де ла Круз, которого все называют Старший Ангел, собрал весь клан на вечеринку по случаю своего дня рождения.

Новый роман автора нашумевшего «Тусовка Corporate, или Open Air» взрывает мозг. Приключенческий, слегка авантюрный, в меру экзистенциальный с элементами детектива Роман О Белке, Потомках Литературных Героев, Неприятном Шоу-бизнесе И Простом бытовом героизме.

Ева Никольская - Магическая академия. Достать василиска! Если ты юная ведьма, но дар твой с изъяном, родня со странностями, неприятности следуют по пятам, да еще и характер мстительный, – все твои дороги ведут в магическую Академию Разрушения и Созидания. Если ты талантливая стихийница, но жизнь твоя перевернулась с ног на голову, разбив все надежды и мечты, – тебе тоже будут рады в АРиС!

Павел Корнев - Сиятельный. Прелюдия. Получая назначение на должность детектива-констебля сыскной полиции Нового Вавилона, Леопольд Орсо и помыслить не мог, что отныне ему придётся выслеживать суккубов, изгонять полтергейсты и охотиться на оборотней. Но даже когда новая работа стала рутиной, по его спине пробегали мурашки от воспоминаний о первом расследовании, деле о Кровавом дереве.

Третья мировая война случилась, а в её ходе применялось химическое и бактериологическое оружие, и созданы новые технологии. Многих можно реанимировать, но не до такой же степени. Подростки, развлекаясь однажды поздно ночью, попадают на шоу, где происходят жуткие вещи. Это чрезвычайно пугает невинную, наивную Пэгги, которая с ужасом наблюдает происходящее.

Молодой механик Николай Сварогин переезжает из деревни в мегаполис и снимает квартиру у колоритного владельца. Не проходит и пары дней, как жизнь Николая превращается в сплошной ужас: посторонние скрипы, писки, шум и видения, только начало его испытаний. Главный экзамен ему ещё только предстоит пройти.

В рассказе «Цена Рода» вам представится возможность изучить правила по выбору съёмного жилья так, чтобы не угодить на стол жертвоприношений.