Мрачная поэзия

В деревне живёт странный дед, который с радостью вырвет тебе все зубы!

Мрачная сказка.

Прошли времена, когда практически ни один концерт не обходился без декламации поэтических произведений. Ныне этот жанр исполнительского искусства потерял свою популярность, вместе с его уходом с массовой сцены теряется мастерство, которое требует от исполнителя не только страсти, но и глубокого понимания души поэта. Среди молодых артистов больше не встретить хороших декламаторов и немногим ценителям остаётся обращаться к архивным записям прошлых лет.

Избранные стихотворения названных поэтесс по вкусу исполнительницы.

Для постера использована обложка поэтического сборника кубинской поэтессы Мирты Агирре Каррерас.

Абсолютно не концептуальный сборник рандомных стихотворений различных авторов и разных эпох (от сетевых любителей до классиков), прочитанный Михаилом Прокоповым в период 2017-2022 гг.

Творчество Веры Мир пронизано знанием жизни и любовью к художественному слову. Это новое направление, которое занимает особую нишу: на стыке художественной литературы, психологии и философии.

Удачно заявив о себе в книге «Апельсиновый суп», автор, продолжая удивлять своей откровенностью, выпускает книгу «Притяжение добра» – повести и рассказы.

Одна из авторских сказок — весёлая и добрая. История, рассказанная маленькой синицей о Птице Счастья, о том, куда она пропала, и когда её ждать. Вам обязательно понравится. Можно слушать с детьми.

В гробовой тишине снег особенно бел.

И давно уже всё здесь мертво.

Только помнит метель, как погиб Винтерфелл,.

Словно свергнутое божество…

Эпитафия в форме баллады, составленная Вийоном на себя и на своих товарищей в ожидании смертной казни через повешение.

“Книжная лавка писателей” представляет проект “Аудиокниги петербургских писателей”. Произведения прозаиков и поэтов объединены эпиграфом “Век такой, какой напишешь” © Валерий Попов.

В книгу Бориса Орлова “Холодная война – глубины океана…” вошли стихи, написанные в течение сорока лет. В них поэт рассказывает и о службе на флоте, и о родственниках, принимавших участие в Первой и Второй мировых войнах, и о малой родине, и о сформировавшихся в течение жизни философских взглядах.

«Дикая охота»- толпа злых духов на призрачных конях и с призрачными гончими псами, от лая которых скулили дворовые собаки, которая мчится по ветру во время зимних бурь. Эти призраки смертельно опасны для людей, особенно на перекрестках.

В аудиокниге «Кухня» представлены стихи  Владимира Кривошеева. Автору как яркому представителю визуальной поэзии удается создать яркие и запоминающиеся образы без использования “каких-либо оценок изображаемого – лирических или этических” (1). Глава первая (00:00:58) – Вместо предисловия. Откуда я взялся – начинается с рассказа автора о себе.

Не знаешь, чего бояться больше – сессии или грядущей перенастройки магического источника? Это лишь оттого, что настоящие неприятности еще впереди…

В борьбе за престол целого мира все средства хороши, особенно когда законный наследник – тот, кому я хочу и должна помочь согласно пророчеству. Вот только чем именно помочь? На то, что мне предложили, я пойти не готова.

Боялась, что всё снова пойдет наперекосяк? Правильно делала. Источник не перенастроен, лучший плюшевый друг в изгнании, а любимый темный маг немного одержим демоном. Или уже не немного…

Межмировые интриги в разгаре, возрождается древний заговор, и в эпицентре событий – снова я. Первокурсница, верным помощникам которой тоже помощь не помешает.

Сигов Плес – самый бесполезный кусок суши по обоим берегам реки Северины. Попав туда, вы быстро убедитесь, что место не подходит ни для пикника, ни для прогулки: слишком сыро, чтобы разводить костер, а двигаться можно только вдоль воды. Если Северина не спокойна, плес захлестывают волны.

Молодой пациент Григорий приходит в себя в отделении реанимации городской больницы. В это время, спокойную и размеренную жизнь, еще совсем недавно далекую от уличных волнений и массовых протестов, нарушают столкновения горожан с силовиками, введение на улицы города военной техники и автозаков. И может показаться, что между пробуждением пациента и всем происходящим нет никакой взаимосвязи.