Мальчик и девочка

Своеобразное продолжение повести, в котором неприятности валятся уже на голову самого Юрая, чудом избежавшего смерти…

История Ромео и Джульетты, снова вернувшихся в этот мир, история, принесшая известность автору и ставшая бестселлером. Между девятиклассниками Романом и Юлькой возникает нежное и светлое чувство. Мать юноши, не желающая понять влюбленных, обманом разлучает их. Несмотря на все препятствия, Рома и Юля стремятся быть вместе.

История о трех на первый взгляд никак не связанных друг с другом смертях молодых, успешных женщин. И только главный герой Юрай получает в руки ключ к разгадке тайны преступления. Ведь все три покойницы при жизни имели к нему отношение.

Это истории женщин одной семьи и тех, кого они выбрали в игре без правил под названием жизнь. Самая старшая обрела счастье, уже не надеясь на него. Ее дочь «придумала» себе любовь и погибла из-за нее. А третья, юная и дерзкая, не хочет ждать чуда, ибо «слабых несет ветер», а она должна все в своей жизни сделать сама. Кто знает, что ее ждет впереди?..

Из книги Галины Щербаковой "Смерть под звуки танго", в которую вошли два романа. "Лизонька и все остальные" - история одной семьи, в прошлом которой смешалось и хорошее, и дурное, но это не родило ни зла, ни ненависти, а только понимание и сострадание. А прошлое героев романа "Смерть под звуки танго" лишило их возможности прощать, и из этого не выросло ничего живого.

Человек слаб и одинок в этом мире. Судьба играет им, как поток – случайной щепкой. Порой нет уже ни надежды спастись, ни желания бороться. И тогда мелькает впереди луч света. Любовь – или то, что ею кажется. И вновь рождается надежда. Потому что Жизнь есть Любовь, а Любовь есть Жизнь...

Произведение входит в авторский сборник «Актриса и милиционер».

Беккет боялась, что если так выглядит любовь, то ее надолго не хватить. Кейт ощущала, что с ней явно что-то не так, но когда появился он, скучный зимний день в 12 участке превратился в настоящий сумасшедший дом.

У него нет ни имени, ни прошлого. Он умеет жить только настоящим. Этому его научили волки, среди которых прошло его детство, юность… Волчица, нашедшая случайно во время миграции совсем еще крохотного младенца, сумела подарить вторую жизнь человеческому существу, чтобы тот стал частью волчьей стаи. Чтобы вместе охотиться, заботиться друг о друге, избегать ловушек, расставленных охотниками, и просто жить.

Джером Клапка Джером – один из величайший писателей юмористов всех времен и народов – не нуждается в представлении.

В своем сборнике рассказов «Наброски синим, зеленым и серым» писатель, как и во всех своих произведениях, блистательно и интеллигентно поднимет Ваше настроение, заставив от души посмеяться.

936 год. Женский монастырь в Нормандии. Молодая настоятельница находит на пороге раненого воина. Перевязывая раны рыцаря, она с ужасом видит на его груди хорошо знакомый талисман, который напоминает о прошлом…

Когда-то ее звали Гизела. По воле отца она должна была стать женой викинга Роллона. Мать девушки, напуганная будущим родством с язычником, придумывает хитроумный план: она решает обмануть Роллона и вместо Гизелы выдать за него служанку, похожую на ее дочь.

Удивительная история любви и самопожертвования. Монументальное полотно о жизни Курта Гёделя, гениального математика и философа науки.

Дебютный роман писательницы Янник Гранек моментально стал бестселлером во Франции и покорил сердца миллионов читателей во всем мире. Молодая исследовательница Энн Рот приезжает в пансионат для пожилых людей с целью добыть архивы Курта Гёделя, одного из самых удивительных и необычных математиков двадцатого века.

Кто хоть раз в жизни не мечтал побыть другим человеком? Героиня романа, Алина, благополучная и, казалось бы, вполне состоявшаяся тридцатипятилетняя женщина, даже вообразить не могла, что однажды с ней произойдет невероятное. Готовясь к лекции, она перечитывает «Орландо» Вирджинии Вулф и в это время, помимо ее воли, половина ее «я» переселяется в юношу, сидящего за соседним столиком в кафе.

"Разбитая жизнь, или Волшебный рог Оберона" - книга, написанная на автобиографическом материале. Состоящая из отдельных фрагментов-воспоминаний, она объединена единым художественным замыслом и воссоздает гармонически целостную картину жизни детских лет писателя. И в этом произведении В. Катаева проявились такие особенности его стиля, как гротеск, лиризм, остроумие, наблюдательность, конкретно-чувственное восприятие мира.

В этот хмурый февральский вечер леди Райтем приподняла длинные бархатные занавеси и выглянула в окно. Ее равнодушный взгляд скользнул по голым деревьям, печально простиравшим ветви к небу, по мокрым кустам. Леди Райтем пристально смотрела вниз, будто боясь, чтобы туман не принял определенной формы и не воплотился бы в какую-то угрожающую тень.…

У каждого из нас – свои желания, свои радости, свой Рай, своя Геена. Мы такие разные… Нас много. Но планетка у нас – одна. Очень странная планетка. Хотя, конечно, странная она, потому что это мы все – очень странные.

Иванов В. ЛАМПА ПОСРЕДИНЕ МИРА.

О'Доннелл ГЕЕНА.

Арканов А. СТРАННАЯ ПЛАНЕТКА.

Чёрный Саша МИРНАЯ ВОЙНА.

Афанасьев Р. ОДУВАНЧИКИ.

Роман «Зелёная ночь» был написан в период с марта по сентябрь 1926 года. Он был впервые напечатан в 1928 году. Это наиболее глубокое произведение Решада Нури Гюнтекина. В «Зелёной ночи» писатель впервые обращается к образу нового человека Турции, положительного героя-республиканца, как его, конечно, понимал автор, которому вверяется судьба и будущее новых граждан страны, их обучение и воспитание.

Масштабная сага погружает читателя в удивительный мир, не уступающий мирам Р. Р. Толкиена, Р. Джордана и Р. Сальваторе. Уникальная флора и фауна, тщательно продуманное политическое устройство и богатая духовная культура – здесь нет ничего случайного.

Рошар – мир во власти великих бурь, сметающих все живое на своем пути. Но есть и то, что страшнее любой великой бури, – это истинное опустошение.

Оцифровка винила подписного издания "Страницы Русской Поэзии XVIII-XX вв".

Признаться, автор не рассчитывал возвращаться после "Лабиринта" к героям древнегреческих мифов. Но чем больше погружаешься в сказания.

Эллады, тем больше обнаруживаешь там проблем, выходящих далеко за узкие пространственно-временные рамки.

Хотелось бы предупредить читателя о следующем. Первое: "Провинциальная хроника начала осени" никоим образом не является продолжением "Лабиринта",.