Лицо

Парализующий страх не дает мне покинуть собственную квартиру. .

А тут еще какой-то сумасшедший начинает присылать страшные письма...

ПримечаниеОт автора: «Все истории — это части пазла. В них присутствуют элементы того, что случилось на самом деле.

Лишь в конце все эти элементы собираются воедино».

Если жизнь пытается тебя сломать, то прислушайся к себе: не исключено, что ты сама можешь дать ей достойный отпор, сбросив сдерживающие тебя до этого момента оковы реальности…

Сборник мистических рассказов о детях, обладающих паранормальными способностями. Их мир отличается от нашего, потому что они видят его иначе. Через боль усопших, через неприятие собственных возможностей и отчаянные попытки «быть как все». Но Судьба, одарившая их, строга. Она шлет им испытания чужой болью, которую они воспринимают как свою.

От автора:.

Внимание: этот текст написан только ради развлечения. Никакие корыстные цели не преследовались, ничьи права не оспаривались, а мнение не претендует на истину во всех ее инстанциях. Это только мое видение ситуаций и трактовка поступков героев.

Автор просит прощения за ошибки и отмечает, что таки готов выпить термос теплого йаду, но только подслащенного.

Съемочная группа приезжает на заброшенный хутор, где их ждут три старухи. Так ли они безобидны? Если вымирает деревня, чем заполнится пустота?

В одной деревне шло гулянье и трое молодцов решили выкопать мертвеца, притащить его в хату и посмотреть что из этого выйдет…

16-летний Славка не признавал насилия. Даже курицу не мог зарубить для домашней лапши. Но вот в город ворвались немцы и Славке пришлось примерять на себя законы нового порядка…

Пожалуй, самым необычным из всех предпринятых в период Средневековья крестовых походов в Святую Землю, является Крестовый Поход Детей (1212 г).

Правда, с точки зрения итальянского историка Джованни Микколи, слово, которым в источниках называют участников похода, переводится, скорее, как «ребята», а не «дети». А подростки 13-14 лет в те времена считались уже молодыми мужчинами – воинами.

Звонят церковные колокола и человек начинает визжать, хотя в иное время он спокоен, рассудителен и общителен. Рассказ для размышлений об окружающих нас людях. Так ли обманчиво первое приятное впечатление?

В поселении скваттеров, расположившемся у подножия холма Вершина Бурь, начали пропадать люди. Ходят слухи о таинственном существе, появляющимся только в ночь страшных гроз, которые притягивает особняк Мартенса, что покоится на вершине холма…

В маленьком кафе на одной из улочек современного Парижа прекрасная Дочь Тысячелетия Пандора пишет историю своей жизни - повесть о судьбе благородной римлянки эпохи Августа Цезаря и Тиберия, жри.

К чему на шоссе появляется черный пес и что за молодая пара сидит в бойнице старой крепости?

Знаменитая школа магов Магистериум находится глубоко под землей. В ней учатся дети, обладающие особой силой и талантами. Благодаря жесткому отбору и крайне суровым испытаниям из школы выходят только победители. Ведь кто еще может сразиться с Врагом Смерти – могущественным магом, олицетворением самого зла. Именно поэтому научиться магии – это почти то же самое, что подписать себе смертный приговор.

Оливия не верила, что станет наложницей. Но судьба распорядилась иначе, и теперь ей предстоит жить во дворце, полном интриг и опасностей. Всем плевать на ее желания и то, что сердце тянется совсем к иному. Демон-инкуб далеко, а рядом – настоящий император. Опасный, обаятельный и очень своевольный. И все же Оливия больше не глупая и испуганная простушка.

Спиллейн родился в Бруклине (Нью-Йорк). Во время Второй мировой войны служил в авиации.

Свою писательскую карьеру он начинал как автор текстов для комиксов. Первый роман «Суд — это я» Спиллейн опубликовал в 1946 году. Героем этой и ещё одиннадцати книг стал частный детектив Майк Хаммер, один из самых популярных персонажей массовой культуры.

Доктор Фред Б. Тербифил был самым молодым директором Музея Естественной Истории, и несомненно рассчитывал приобрести научную славу в будущем. Но предстоящий визит доктора философии Людвига Занцманна повергал его в трепет, ибо сей ученый грозился перевернуть устои антропологии.