История зимы
«Истина в религиозных дебатах — это то мнение, приверженцам которого удалось выжить.» Оскар Уайльд
Это утверждение в полной мере смогли прочувствовать на себе представители вампирского клана Салюбри, когда их противники обьявили им войну.
Слушать История зимы онлайн бесплатно
Существуют дома, где боятся жить даже привидения. В одной из таких квартир поселился главный герой. К сожалению, финансовая ситуация не позволила ему найти жилье приличнее, поэтому пришлось жить в квартире, где в девяностых годах убили наркоторговцев и буквально за несколько недель до новоселья умер предыдущий хозяин. А еще здесь по ночам что-то бьется в крышку подвала изнутри…
– А что там у вас дальше, за оранжереей, Степан Николаевич?
– А дальше у меня лаборатория, Тимофей Сергеевич, туда я вас и веду... Извольте...
Степан Николаевич Гущин, высокий, сухой, гладко выбритый, поджарый, одетый по моде британских островов – в узкие брюки и темно-синий блейзер, под которым виднелся белый жилет и галстук в горошек, – сделал изящный жест, приглашая гостя за собой.
Вам когда-нибудь приходилось бежать против движения эскалатора? Уверяю вас, это довольно непросто. Наверняка многие из вас встречали в спортзалах "бесконечную" лестницу, предназначенную чтобы тренировать выносливость, перебирая ногами одни и те же несколько ступеней. Я много раз пробовал бегать по эскалатору вспять, и даже при должной тренировке на тренажёре мне удавалось это с некоторым трудом...
Величайшая тайна всех времён и народов уходит корнями в глубь веков. К ней прикасались библейские пророки и апостолы во главе с Андреем Первозванным, российские государи Иван Грозный, Пётр Первый и Павел, великие писатели и учёные, знаменитые воины и политики. Пока люди бились над её разгадкой, жернова истории перемололи не один народ и не одну империю.
Наше детство было ужасным. Наше детство было прекрасным. Мы действительно «динозавры»: другая эпоха, другой воздух, всё – другое. Попытки описать собственным детям степени свободы и НЕсвободы ленинградского подростка 1980-х обречены: со стопроцентной вероятностью ты скатываешься либо в сентиментальность, либо в обличительство. Сергею Гречишкину удалось пройти меж струй, и наши повзрослевшие дети, читая книгу «Всё нормально», будут смеяться, удивляться и, возможно, лучше нас поймут.
Роман о битве, которую ведет женщина с тяжелой болезнью,— битве за память, мысли, воспоминания, за своих любимых и близких. Но это внешняя сторона книги. Внутренний смысл романа в том, как, несмотря на сложные обстоятельства, оставаться верным себе, понимать, что каждый прожитый день несет с собой новые возможности для жизни и для любви.