История культуры Санкт-Петербурга с основания до наших дней

Книга Соломона Волкова «История русской культуры ХХ века. От Льва Толстого до Александра Солженицына» подробно анализирует вопросы культурной жизни России ХХ века. Разрушительные войны, революции и жесточайший террор многократно усилили выразительность русской культуры прошлого века, но она дорого заплатила за это: многими смертями, искалеченными судьбами.

Книга Соломона Волкова «История русской культуры ХХ века от Льва Толстого до Александра Солженицына» подробно анализирует вопросы культурной жизни России ХХ века. Разрушительные войны, революции и жесточайший террор многократно усилили выразительность русской культуры прошлого века, но она дорого заплатила за это: многими смертями, искалеченными судьбами.

СОРНИКОВА МАРИЯ ЯКОВЛЕВНА "ЖАНРОВАЯ СТРУКТУРА «ПИСЕМ РУССКОГО ПУТЕШЕСТВЕННИКА» Н.М. КАРАМЗИНА" Диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук.

Коломна -2006.

Работа выполнена на кафедре литературы Коломенского государственного педагогического института.

Научный руководитель:.

доктор филологических наук, профессор Тамарченко Натан Давидович.

Приветствуем вас, неизвестный любитель литературы. То, что написано в книге Аудиогид автора Баричев Сергей, не может не привлечь ваше внимание. Очевидно также, что поднятые в ней проблемы не исчезнут никогда и ни при каких обстоятельствах.

Красочные пейзажи, бескрайние горизонты с яркими красками и насыщенными цветами – все это усиливает глубину восприятия и будоражит воображение.

Книга является инновацией в литературе, создан формат интерактивного общения с читателями, первоначально предложившими основную идею произведения международному авторскому коллективу.

Представить альтернативный взгляд на основополагающие области человеческого опыта, межличностные отношения, науку, культуру, воспитание, навязываемые на всех уровнях стандарты образования, ущербность современного искусства, кино, телевидения и истинную сущность интернета.

Фагоцитоз — вообще не такой, как пиноцитоз. Но что то, что то — эндоцитоз. Если только ты не гонококк.

Исторические портреты ученых и изобретателей из статей в научно-популярном журнале "Химия и жизнь".

Особенно интересна серия статей об изобретении фотографии К.В. Вендровского. Она прекрасно описывает стадии любого популярного изобретения: энтузиаст-неудачник Ньепс; малограмотный, но деловой изобретатель Дагер; копираст, подгребающий под себя всё что движется, Тальбот; и, наконец, зарождение мегакорпораций и полный их контроль над новым рынком.

Представители названных групп - все разные, но по-своему интересны. Вы узнаете о жизни всевозможных насекомых, о миллионных стаях саранчи, о перелетах бабочек и божьих коровок, об удивительном поведении пауков, которые почти не описаны в научно-популярной литературе. Рассказано о собаках и породах кошек, об уходе за ними, о тарпанах - предках лошадей, о самих лошадях и о многом другом интересном, о чем в краткой аннотации даже лишь упомянуть не хватит места.

Предисловие автора - Если бы записки эти принадлежали человеку, известному чем-то другим, несомненным… Дело другое. А так, скажите мне даже, что вот жила, допустим, монашка, сестра милосердия, умерла в одиночестве, на чужбине или, хуже того, в центре отечества. И вот от нее остались поразительные записки. Я воспряну душой, сердцем, просветлею, порадуюсь, даже как-то успокоюсь за нас, за людей, но читать, упаси бог, не стану.

Этот курс предназначен для всех тех, кто когда-то в школе проходил анатомию человеческого тела и с удовольствием погружался в тайны устройства нервной системы – самой сложной и хитро устроенной с мозгом во главе, но кто потом безвозвратно ушел от биологии. Этот курс для вас, любопытные «гуманитарии» и «технари», не имеющие в бэкграунде биологического или медицинского образования, для вас, если внутри остался огонек интереса к тому, как мы устроены, как думаем, как чувствуем и как воспринимаем этот мир.

Многим взрослым снятся кошмары — экзамены, плохие отметки, не сданные школьные работы. Это говорит о том, что школа умудряется нанести неизлечимую травму человеческой психике. Какова доля субъективного отношения учителя при оценивании ученика? В зависимости от предмета, конечно. А ещё в зависимости от настроения учителя. Сотни причин! И мы учим детей их понимать и под них подстраиваться.

Книга известного американского астрофизика Джозефа Силка рассказывает о развитии и современном состоянии космологии. Проблемы происхождения и строения окружающего мира интересовали человека с давних времен. Но только в наши дни ученые, вооруженные результатами иовейших астрономических открытий, смогли построить научно обоснованную, хотя и не окончательную теорию эволюции Вселенной.

Да что вы знаете о несчастной любви? Ничего. Это говорю вам я, князь Фердинанд Феликс Дамьери. Король навязал мне жену из какого-то обедневшего рода. И отказаться я не имею права, потому что это дело чести.

И мало того – с этой неизвестной, но уже ненавистной женой, я связан такими узами, что ту боль, которую чувствует она, буду чувствовать и я.

Здание старой, более неиспользуемой больницы хотят превратить в аттракцион с дополненной реальностью. Зловещие коридоры с осыпающейся штукатуркой уже вписаны в сценарии приключений, а программный код готов в нужный момент показать игроку призрак доктора-маньяка, чтобы добавить жути. Система почти отлажена, а разработчики проекта торопятся показать его инвесторам и начать зарабатывать деньги, но на финальной стадии тестирования случается непредвиденное: один из игроков видит то, что в сценарий не заложено, и впадает в ступор, из которого врачи никак не могут его вывести.

Команду Института исследований необъяснимого приглашают в Оренбургскую область, где огромная черная тень накрыла целый город. Связи с жителями нет, аппаратура внутри тени не работает. Военные смогли отыскать ряд входных «коридоров» и проникнуть в город, но вернуться удалось не всем. Тень увеличивается, держать в секрете происходящее становится все сложнее, но эвакуировать несколько тысяч человек невозможно, а оставлять их внутри феномена слишком опасно: по улицам запертого во тьме города бродят гигантские насекомые, по стенам домов расползается ядовитая плесень.

Дети перестройки… Их не интересуют новости с экранов телевизоров. Они играют, смеются, влюбляются и слушают песни Цоя. Порой жестоки друг к другу. О чём они мечтают, пока взрослые стоят в очередях, машут плакатами и стучат касками на площадях? Их сердца полны дерзостных надежд. Но с распростёртыми ли объятиями ждёт их жизнь за стенами школы на пороге девяностых? А нулевых?