Хроники конца света 11. Aкт 5-B

Придя практически к патовой ситуации и подгоняемые вот-вот готовым состояться концом света, все стороны конфликта, с учётом множества открытых фактов, решают провести итоговые переговоры в форме суда над Лоу-Гиром и всеобщим голосованием, дабы окончательно решить, на чьей же стороне правота и кому предстоит вести этот мир в грядущее будущее…

Путь Левиафана приближается к своему завершению. Японский UCAT уже получил в своё распоряжение Концептуальные Ядра 1-6 и 8-10 Гиров. Осталось провести переговоры с 7-м Гиром, миром, послужившим основой для культуры и мифологии Китая. Вот только Саяма Микото, главный переговорщик Отряда Левиафана, имеет собственное понимание того, как следует поступить перед самым завершением их долгого пути.

3-ий Гир делает свой ход! Гекатонхейры, автоматические куклы боевого типа, нацелились на Микаге, что вынуждает участников Пути Левиафана вступить в битву. Словно этого мало, проявлять активность начинает третья сила — загадочная группировка под говорящим названием Армия. А тем временем, Цукуёми Мияко, оказавшись то ли в плену, то ли в гостях в некоем античном дворце, хоть и окружённая заботой автоматических кукол горничных, начинает постепенно познавать страшное и трагичное прошлое 3-го Гира, породившее таинственные Скверны…

Путь Левиафана продолжается. Теперь предстоит договориться с выжившими из 2-го Гира, послужившим основой для культуры Японии. Его концепт дарует жителям 2-го Гира силу их имён. Потомственные боги мечей, ныне они почти полностью ассимилировались в нашем мире, а многие из них довольно давно работают в UCAT. Но так ли просто отбросить свою суть? И чего стоит ложь ради спокойствия тех, кто тебе дорог?

Несмотря на завершение сражения на территории японского UCAT, шокирующая правда, раскрытая Хаджи, заставила все прочие Гиры пересмотреть своё отношение как к Лоу-Гиру, так и к Пути Левиафана, что грозит напрочь стереть результаты всех предыдущих переговоров. Словно этого мало, UCAT всех прочих стран намерены возложить всю ответственность за возникшую суматоху на Отряд Левиафана и, воспользовавшись моментом, взять власть в свои руки.

Всё вышло из под контроля. Ноа, пятнадцатикилометровый ковчег, предназначенный для спасения всех Гиров, нынче парит в небесах, внушая ужас всему Лоу-Гиру своей сокрушительной мощью. Но там, где властвует отчаяние, всегда есть место надежде. Отряду Левиафана предстоит победить в безнадёжном сражении за право самим решать свою судьбу…

Всё вышло из под контроля. Ноа, пятнадцатикилометровый ковчег, предназначенный для спасения всех Гиров, нынче парит в небесах, внушая ужас всему Лоу-Гиру своей сокрушительной мощью. Но там, где властвует отчаяние, всегда есть место надежде. Отряду Левиафана предстоит победить в безнадёжном сражении за право самим решать свою судьбу...

Настало время для Пути Левиафана с 3-м Гиром, миром, послужившим основой для культуры Древней Греции. Однако вышестоящие чины UCAT не спешат предпринимать какие-то активные шаги. Более того, несмотря на то, что в распоряжении UCAT имеется несколько автоматических кукол из 3-го Гира, точное местоположение основной резервации выживших неизвестно.

Многие страшные тайны виртуального Подмирья узнал Кирито у одинокой узницы в Великой Библиотеке. Но весь пройденный до сей поры путь — не более, чем легкая тренировка по сравнению с тем, что предстоит дальше. Штурм Центрального Собора начинается!

Вот-вот наступит зима, а путешествие героев приводит их в крупный портовый город Реноз, известный своими древесиной и мехами. И это, возможно, последняя их промежуточная остановка перед отправлением на родину Хоро. Настороженный прошлыми проблемами, Лоуренс всеми силами старается не влезать в сомнительные дела, но на фоне кризиса отмены северной экспедиции в городе царит напряжение, городской совет заседает денно и нощно, а с Лоуренсом связывается подозрительный торговец с хриплым голосом, лицо которого постоянно замотано шарфом...

Данный том представляет из себя сборник из трех побочных историй: 1) История из прошлого Хоро, как она встретила в поле двоих детей; 2) История о том, как Лоуренс ходил вместе с Хоро на рынок, чтобы купить ей хорошую одежду; 3) История о заболевшей Хоро и как Лоуренс за ней ухаживал.

В данном томике рассказывается о событиях, случившихся через некоторое время после событий 16-го тома, и окончательно завершающих сюжетную линию странствия Лоуренса и Хоро на север. А так же доступны ещё три небольшие побочные истории, произошедшие за время их странствий.

Войска Альянса четырех наций атаковали столицу Империи. Линейный корабль, на котором служил Духир, младший брат Лафили, также принял бой и был обращен в бегство. В то же время призванная в Императорский дворец Лафиль получила приказ от императрицы Рамаж: доставить главнокомандующему Дусанью Имперское сокровище. Прикрывая эвакуацию Лакфакалле, Рамаж возглавила флот Имперской стражи, который отправился в бой и был уничтожен врагом.

Вайолет Эвергарден, молодая девушка, чья жизнь — не что иное, как война, послушно служит под командованием майора Гилберта Бугенвиллеи из армии Ляйденшафтлиха.

После серьёзных увечий, оставивших её без рук и разделивших с Гилбертом, она покинула поле боя и была взята под опеку бывшим командующим армии Клаудией Ходжинсом, который после окончания войны основал почтовую службу «C-H» в крупном портовом городе Ляйден.

Летом 1998 года Мэй отправляется на дачу со своей семьей. На отдыхе девушка встречает призрака по имени Теруя Сакаки, который стал свидетелем таинственных событий. В спин-оффе повествуется о поиске тела призрака по его воспоминаниям.

Самопровозглашённые боги. Наконец-то враг явил себя лицом. Представители высокоразвитой цивилизации, до абсурда сильные и настолько же безжалостно жестокие, а трагедии множества параллельных миров для них не более чем праздное развлечение. Но это не значит, что на них нет управы и их нельзя убить. Хотя опять же, Наофуми и товарищи всё ещё заперты в прошлом, государство Пьенсы под боком всё так же грезит мировым господством, а на службе самопровозглашённых богов хватает послушных пешек в лице героев разного толка, так что битв им предстоит ещё немало…

Когда отчаянный народ, что вынужден сотни лет скитаться, полностью не превратится в тлеющий пепел, или когда тысячи восставших чудовищ, не восприимчивых к любому урону, падут, — эта жестокая война, наконец, окончится.

Но а до тех пор, пока по этим землям ещё ступает нога проклятых рыцарей… Я буду продолжать жадно копить на лезвии своего клинка всё больше и больше крови мерзкого зла, и пока для этой задачи нет достойного бога, я заменю его.

Это дополнительные главы реинкарнации безработного после основного сюжета, где рассказывается про исследование куклы Занобы, жизнь детей Рудэуса и других персонажей, ну и раскрывается мир безработного.

ПОДДЕРЖАТЬ ИСПОЛНИТЕЛЯ.

Перед нами «альтернативная» Российская империя, на троне которой царь Георгий, поддерживаемый гвардией магов, или как их называют Осененных. Но однажды в этот мир попадает неприкаянная душа, которая вселяется в простого мастерового Федора, который всю жизнь работал на заводе и вел тихую размеренную жизнь. Стоит ли говорить, что теперь жизнь Федора существенно изменится и теперь о нем заговорит вся Империя.

Повесть посвящена памяти актрисы и чтицы Софьи Евгеньевны Голлидэй (1894—1934), с которой Цветаева была дружна с конца 1918 по весну 1919 года. Тогда же она посвятила ей цикл стихотворений, написала для неё роли в пьесах «Фортуна», «Приключение», «каменный Ангел», «Феникс».

Она внучка генерала. Молодая и принципиальная следователь. Он – местный авторитет, дело которого поручено ей. Ей пророчат быстрый взлёт карьеры и высокие звания. У него не осталось ничего, кроме жажды мести. Она презирает таких, как он, и в её власти посадить его надолго. Но всё выходит из-под контроля, и в определённый момент ей предстоит сделать выбор.

Проза поэта о поэтах... Двойная субъективность, дающая тем не менее максимальное приближение к истинному положению вещей. Андрей Белый – глазами Марины Цветаевой.

Очерки, включенные в настоящий сборник, – воспоминания о современниках, своеобразные прозаические реквиемы:.

Валерию Брюсову – «Герой труда»;.

Осипу Мандельштаму – «История одного посвящения» (1931);.