Хижина

Стержнем романа является история самодеятельного театра «Хорин» и его главного идеолога — артиста со сценическим псевдонимом Томмазо Кампанелла. Судьба сталкивает Томмазо Кампанелла и его коллег по самодеятельному театральному цеху с людьми, не понаслышке знакомыми с тюремным миром, чтобы в конце неожиданным образом привести их на одну из самых модных профессиональных сцен столицы, когда там проходит премьера широко разрекламированного спектакля.

1908 год. В дикой шантарской тайге неуловимые и дерзкие налетчики грабят обозы, везущие с приисков золото. В сложнейшей головоломке переплетаются тайные игры жандармерии, сыскной полиции, охранного отделения, большевистских боевиков… И никто не подозревает, что в небе вот-вот вспыхнет Тунгусский метеорит…

Полковник МУРа Водопьянов приезжает поправить здоровье в адыгейский санаторий. Случайно он становится свидетелем загадочной гибели молодой женщины из старинного знатного рода. Она хотела родить ребенка и приехала в здравницу вместе с мужем лечиться от бесплодия. Несчастный случай или убийство? Местные коллеги активно вовлекают полковника в следствие.

У комиссара парижского уголовного розыска Жана-Батиста Адамберга есть младший брат – Рафаэль, обвиненный в убийстве подружки, оправданный судом, но не общественным мнением, и скрывшийся в неизвестном направлении – на тридцать лет. Комиссар Адамберг с самого начала знал, что настоящий убийца – судья Фюльжанс, но, как ни старался, ничего не мог доказать.

Волна самоубийств девочек-подростков захлестнула одну из перенаселенных марсианских колоний. За это трудное дело берётся детектив — киборг Майер.

Еще полтора столетия тому назад великий русский писатель Фёдор Михайлович Достоевский в прославленном романе «Бесы» описал психологические мотивы, способствующие рождению тоталитарного сознания. С крахом коммунистического режима в нашей стране эти демоны не исчезли. В наши дни они лишь изменили облик и рецептурный состав того идеологического яда, которым пытаются искушать человеческие души.

В сборник включены повесть Р. Райта «Человек в подземелье», рассказы У. Фолкнера, Э. Куина, А. Карра и других зарубежных писателей, написанные в жанре детектива.

Я был каскадером с начала шестидесятых годов. Для меня и моих заказчиков доллар всегда оставался долларом. И я никогда не отказывался ни от каких трюков, если не считать парочки настолько опасных и непредсказуемых, что за них не взялся бы даже великий Билли Джеймс. «Бандиты пограничья» представляли собой обыкновенный вестерн со стандартным набором трюков — опрокинуть лошадь, на полном скаку вылететь из седла, парочка кулачных драк.

Ник Кворри занимает одно из ведущих мест в плеяде американских авторов, пишущих в жанре «крутого детектива». В его книгах присутствуют все атрибуты жанра: смертельные схватки мафиозных кланов, благородный герой — частный сыщик, агенты ФБР и ЦРУ.

Мистер Тезигер, вернувшись после многолетнего пребывания в Индии, привёз оттуда статую Шивы. Спустя некоторое время он настолько уверовал в этого идола, что стал поклоняться ему и даже беседовать с ним — на хинди, разумеется…

Сочинения А. Ф. Кони – его теоретические работы по вопросам права и судебные речи – без преувеличения можно отнести к высшим достижениям русской юридической мысли. В данный том вошли "Воспоминания о деле Веры Засулич", "Триумвиры", "Политическая записка 1878 года", "Представление Александру III в Гатчине", "Открытие I Государственной Думы", "Моя Гефсиманская ночь", "Николай II", обвинительные речи, руководящее напутствие присяжным и кассационные заключения.

Книга Александра Меня «История религии. В поисках Пути, Истины и Жизни» — это повествование о духовных исканиях человечества. Читатель найдет в ней богатый материал о духовных традициях Древнего Востока, о религии и философии Древней Греции, о событиях библейской истории со времен вавилонского плена до прихода в мир Иисуса Христа.

О бережном отношении к природе пишет Солоухин в очерке "Сосьвинские мотивы".

Особое видение мира позволяет художнику взглянуть на нашу действительность с неожиданного ракурса, высвечивая новые грани, казалось бы, привычных для нас событий и явлений.