Где-то гремит война

Этот автор никого не оставит равнодушным. Его любят, им восхищаются, его проклинают. Старый мастер создал новый роман, герой которого хочет жить вопреки страшным испытаниям жизни. Эта повесть продиктована стремлением автора сказать свою правду о войне, о своем фронтовом опыте, обо всем, что выпало на долю 18-летнего солдата, брошенного судьбой, страной и начальством в жестокую круговерть, где кроваво вершилась “проклятая работа войны”.

Бабушка пообещала Витьке новые штаны. Но её подкосила болезнь. После череды тягостных дней ожидания Витька получает-таки штаны и идёт, красуясь, хвалиться деду. Неужели соседский сорвиголова Санька оставит Витьку и его штаны без внимания?

Нелегкая, голодная жизнь таежного села в тридцатые годы прошлого века. Глава семьи, бабушка главного героя, вынуждена обменять золотые сережки, память о его умершей матери, на продукты, которые быстро закончились.

Однажды бабушка приносит домой полумертвого от голода щенка, который становится для нее ангелом-хранителем…

Осень — пора увядания, пора грустного прощания с теплом и солнечными днями. Но в осени есть и свои радости, свои забавы. Ребятам всегда найдётся и дело, и развлечение даже в скучное осеннее время…

Закадычные друзья детства выросли, прошли войну и оба вернулись с отметинами — один кособоким, другой — без руки. Один стал работать на метеорологическом посту, другой — егерем в глухой сибирской деревушке. Но друг друга не забывают и вместе охотятся на обнаглевшую волчью стаю.

По мотивам одноимённой повести (1959). Сибирь в разгаре 30-х. Смерть матери выбила Ильку из седла, а мачеха - из дому. Стремниной судьбы мальчишку прибило к артели рабочих, пробивающих дорогу лесосплаву... .

Повесть апологизирует человеческую доброту, выраженную на уровне детского, чистого сознания: Илька «теперь твёрдо знал, что, если в жизни будет когда-нибудь трудно, если случится беда, надо бежать не от людей, а к людям».

В середине лета по тихому Енисею плыл плотик, на нем стоял крест, ко кресту, как Иисус Христос, был прибит ржавыми гвоздями тощий, нагой мужичонка. На груди его висела фанерка, на фанерке химическим карандашом нацарапано: «Погиб пижон за сто рублей, кто хочет больше?» Это был вызов. Война.Рассказ — правда о каторжанах Сибири. Их работа, быт, жизнь и смерть, вера в господа и насилие, убийства, грабежи, выживание в тайге в одиночку и помошь простых людей, охотников, рыбаков, промысловиков, приключения на грани безумия и самопожертвование.

Когда-то давно семилетний мальчик подарил трехлетней соседской девочке плюшевого котенка, наполненного леденцами. Спустя годы он сделал ей предложение, но она отказалась выйти за него замуж и даже пообещала вернуть этот подарок в знак полного разрыва отношений...

Жанр своих книг он определяет как «литературу о жизни». Сергей считает, что белорусские читатели изголодались по незамысловатым историям с любовной канвой, не наполненной кровавой интригой. Его произведения успешно сочетают в себе детектив, мелодраму, исторический роман. Но точнее, пожалуй, будет звучать определение самого Климковича, данное им в предисловии к последнему роману «Три строки о радости, три строки о грусти»: «Эта книга – сердце, бьющееся иногда неистово-печально, а иногда безоглядно-счастливо.

Юрий Фофин. Педагог-психолог, филолог. Публиковался в журналах «Наш современник», «Сибирские огни», на сайте «Российский писатель», в Антологии «молодой» литературы «Заря».

P.S. СЛУШАТЬ РЕКОМЕНДУЮ В НАУШНИКАХ.

"Пикник и прочие безобразия" - это сборник рассказов, являющийся своеобразным продолжением книг "Моя семья и другие звери", "Птицы, звери и родственники" и "Сад богов". Главными героями этого замечательного сборника рассказов стали сам Даррелл и его необыкновенные родственники и знакомые.

Жизнь курортного городка Эннистон тихо крутится вокруг купален и целебных источников. Тихо до тех пор, пока в город не возвращается самый знаменитый его уроженец — профессор философии Джон Роберт Розанов, ищущий приличного кавалера для своей красавицы внучки. А его некогда любимый ученик, давно променявший философию сперва на искусствоведение, а затем на пьяный дебош и беспорядочные половые связи, пытается понять, вправду ли он хотел утопить дождливой ночью законную супругу, или это ему лишь померещилось…

От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за "Остаток дня", - первый в его блистательном послужном списке сборник рассказов. Эти пять поразительных историй о волшебной силе музыки и сгущающихся сумерках объединены не только тематически и метафорически, но и общими персонажами, складываясь в изысканное масштабное полотно.

Роман «Сердечная подруга» повествует о французе Брюсе Бутаре, которому из-за болезни трансплантируют сердце молодой женщины. Тот факт, что жизнь персонажей круто меняется в результате определенных событий, стал не единственным совпадением: главным связующим звеном двух романов является метафора поиска. Стремление найти ответ на ключевой вопрос становится смыслом жизни для Жюстин, оставившей сына, погруженного в глубокую кому, чтобы собственными глазами увидеть того человека, который сбил подростка.

…Интригующим тоном, чтобы переключить внимание, Родыгин поспешил сообщить, что Векшина была на молочной кухне. Она спокойно катит коляску с младенцем, а за несколько кварталов от нее, еще неразличимый в потоке других машин, мчится автомобиль, за рулем которого сидит Филимонов. Он возвращается с дня рождения, где пил не только томатный сок.

История поздней любви никогда не бывает простой. Пережив череду неудачных романов, Татьяна встречает своего Принца, но судьба решает разыграть настоящую шекспировскую драму… Принц мертв, а в убийстве обвиняют ее, хотя вспомнить подробности трагедии невозможно.

Сможет ли Татьяна справиться с бесчеловечной машиной российского правосудия или станет его очередной жертвой? Каковкин не дает однозначных ответов, но заставляет задуматься о том, что на месте Татьяны теоретически может оказаться каждый…

В этом лесу было пленительно, иначе не скажешь. Малиновка завлекала своим пением. Каждый куст — буквально каждый! — угощал ягодой! Белки вели себя с непостижимой доверчивостью, словно ручные. И на всю эту идиллию сверху любовалось солнышко — такое ясное, будто сделали его для детского спектакля. Как, впрочем, и все остальное в этом райском уголке.

"Ах, вот где собака зарыта!" - воскликнула кошка Мона и не отдавала мне рукопись, пока не прочитала и не просидела ее досконально. А отдавая, вздохнула: "Ну почему этот ваш Боровский пишет только для собак и людей и никогда - для кошек…" Михаил Трофименков, "Ъ".

В этой книжке Боровский предстает не только как критик, но и как писатель, тонкий и остроумный.

Фундаментальная история эволюции новостей, начиная от обмена манускриптами до эры триумфа печатных СМИ.

Книга профессора современной истории в Университете Сент‑Эндрюса, признанного писателя, специализирующегося на эпохе Ренессанса Эндрю Петтигри впервые вышла в 2015 году и была восторженно встречена критиками и американскими СМИ.

Несколько страниц из невероятно короткой, но удивительно яркой жизни замечательного русского военного летчика штабс-капитана Петра Николаевича Нестерова (1887 -1914), основоположника высшего пилотажа, первым в мире выполнившего “мертвую петлю”, погибшего в воздушном бою, впервые в истории авиации применив таран вражеского самолета.

Если ты рыцарь, хоть и в плохо подогнанных латах и верхом на серой замученной кляче, то ты просто обречён сражаться с Драконом. Если ты Дракон, то непременно должен сражаться с Рыцарем. Но кто сказал, что из этих сражений нельзя извлечь обоюдную выгоду? .