Еще жива

Какой мир ждет человека после смерти? Рай или ад, чистилище или забвение? Пустота и небытие. Нет ни того ни другого. Есть Медианн, и есть души которые умерев воплощаются в мире где переплетение эпох и древних культур и культов, существуют с друг другом бок о бок. Кирилл Токарев и его повесть «Господин десяти тысяч душ» поведает вам историю о лейтенанте Льюисе Арктуре попавшим после смерти на войне, в мир «Медианн».

Кто знает, к чему может привести случайная встреча с симпатичной собачкой…

История о том, как Всемирная Сеть решила исправить ошибки всех и каждого, рассказанная через призму 86-летней путешественницы во времени...

Об Авторе:.

Работы Кэтрин Азаро принесли ей много наград, в том числе Ньебюла, Reader’s Choice, Призм. Научная фантастика Кэтрин базируется основанной на её опыте физика. Асаро в Гарвардском университете получила докторскую степень в области химической физики.

При взлете и посадке корабля человек испытывает повышенную нагрузку на сердце. Врачи предупреждают, когда оно начинает давать перебои. После каждого рейса все межпланетники проходят медицинское освидетельствование, и если после одной из таких проверок врачи говорят: «Нет», то такого человека больше не пускают на корабль, даже пассажиром.

Среди магов традиции Пустых в Mage the Ascension была интересная девица по имени Пенни Дрэдфул. А у девицы Пенни был кот по кличке Мистер Мистоффель, и кот этот был очень непростой.

Император в ярости. Примарх легиона Тысячи Сынов Магнус Красный совершил ужасную ошибку, поставившей под угрозу безопасность самой Терры. Не имея другого выбора, Император поручает Леману Руссу, примарху Космических Волков, заключить под стражу своего брата, который находится на Просперо — родном мире Тысячи Сынов. Захватить планету колдунов — задача не из легких, но Русс и его Космические Волки не отступятся от своей задачи.

Он, пенсионер, бывший учитель зоологии, подрабатывающий в музее, но он же автор интереснейшей гипотезы — а почему же исчезли динозавры.

А ведь почему ей не быть. Ведь как, говорит Порфий Игнатьевич: «А наша Земля все замедляла свое вращение, и в довершении прочих бед уцелевшим гигантам все труднее становилось передвигатся».

Сила тяжести и фантастическая гипотеза….

Трагическая повесть, изложенная на страницах дневника прославленного авиатора, намеревавшегося поднять свой моноплан на недостижимую доселе высоту, погибшего при загадочных обстоятельствах. Отнюдь не звание первопроходца интересовало нашего героя. Он намеревался рассказать ужасную правду о кошмаре, скрытом в высоте небес....

Рассказ из тех времен, когда глубины морей и заоблачные дали не были изведаны человеком и представлялись царством, где обитают удивительные создания и невероятные чудовища…

Исследователи Круглов и Парра полетели от Станции к лагерю геологов и попали в аварию. Назад они идут по пустыне, без еды, воды и связи. На Круглова напал прыгун, самый опасных хищник этой планеты, ему срочно нужна медицинская помощь. И тут на пути космонавтов встретилось озеро.

Мысль о том, что где-то жизнь может идти одновременно с твоей, но разительно (или не очень) отличаться, дала широкий простор для фантазии авторов. Первым открыл «Дверь в стене» и попал в параллельный мир Герберт Уэллс, потом подтянулись и остальные фантасты. Их попытки развить идею и легли в основу очередного сборника рассказов.

Итак, «Глубина.

Древний Рим, I в. до н. э. На улицах бесчинствуют жестокие банды, не щадя ни плебеев, ни патрициев. Знатный римлянин Деций Цецилий Метелл Младший расследует вроде бы ничем не примечательные убийства бывшего раба и иноземного купца. К своему ужасу, молодой патриций обнаруживает: следы интриг и коррупции ведут в самые верхи власти. Не только жизнь Метелла, но и сама Римская республика оказываются под угрозой...

Сказки в стихах рассказывает малышам добрый сказочник Баниласка. .

Только чтобы сказки слушать,.

Надо хорошенько кушать.

Баниласка посидит,.

За тобою поглядит,.

Сказку новую расскажет,.

Мемуары выдающегося писателя и историка литературы Эммы Герштейн (1903 г.р.) посвящены Осипу Мандельштаму, Анне Ахматовой, Борису Пастернаку, Льву Гумилеву, Николаю Харджиеву и другим литераторам и ученым, без которых мы не можем представить XX век русской культуры. Под полемическим пером Э. Герштейн возникают не только `картины литературного быта` Москвы и Ленинграда 20-60-х годов, полные драматизма, но и появляется ушедшая эпоха великих потрясений в своей трагической полноте.

Бывает так, что собственная жизнь приносит человеку только страдания.

Пётр Петрович Непрушин за сорок лет своей жизни полностью свыкается с ролью неудачника и тряпки.

Он отлично понимает, что его жизнь - это результат его личных поступков.

Это его ответственность и винить, кроме себя - некого...

Так трудно, ну просто невозможно свернуть с привычного пути "мягкотелой несуразности".