Две жизни

Это история о том, как пожилая женщина делится со своим мужем впечатлениями от путешествия во Псков. Увы, в молодости они вместе не смогли там побывать, а теперь ей пришлось отправиться в поездку одной…

Осень, дождь, чердак. Единственное, что там есть — старое зеркало. Или вход в другой мир, откуда наблюдает за нами те, кого уже нет рядом?

Что если двое встречаются только во сне? Стоит ли искать друг друга в реальности и как это сделать? Будет ли встреча приятной или сплошным разочарованием? Ведь помимо общих снов у каждого - своя реальная жизнь и к переменам в ней готовы не все.

Об этом и многом другом - осенняя повесть, написанная много лет назад и опубликованная в сборнике "На рубеже" в прошлом году.

Что если взять и рвануть в Питер автостопом, никому ничего не сказав? Да и некому говорить, когда один… авось и встретится в дороге душа, которой ты станешь небезразличен.

Не все в семейной жизни гладко, но как быть если чувствуешь свою вину в надвигающейся измене? Или накручиваешь себе? Всегда ли мы вместе даже когда рядом?

Отец Герасим только понадеялся пристроить Алину — благочестивую девушку, которая помогала ему в проповеди слова Божия — замуж, да не тут-то было! Вроде и жених хороший попался… в чем же дело?

В произведениях русского писателя Владимира Гиляровского со всей полнотой отражена его бурная, богатая событиями, встречами и приключениями жизнь: около 10 лет он скитался по России, работал бурлаком, пожарным, объездчиком диких лошадей, провинциальным актером. Гиляровский был одним из лучших репортеров столичной прессы, его «коньком» были уголовная хроника и репортажи, он писал о самых заметных и нашумевших событиях, его называли «королем репортеров».

Когда рухнула страна, нас держала на плаву любовь.

Та, что побеждает смерть.

Внешне все замечательно у Петра Манусевича в жизни. Он заведующий кафедрой в московском институте, считается авторитетом по определенной эпохе российской истории, супруга — красавица блондинка… Однажды на свой день рождения мать совершила вроде малозначимый поступок, но именно он стал причиной сердечного приступа у Петра и цепочкой последующих событий, которые перевернули всю его жизнь.

Рассказ Владимира Набокова «Гроза» является своеобразным пересказом библейской легенды о пророке Илье и ученике его Елисее. Однако перенесенное Набоковым действие в наше время «обрастает» своими деталями и подробностями, приобретая независимость (быть, может, не полную) от оригинального сказания.

Нет у меня ни имени, ни фамилии. Я вообще не человек. Я домовой, барабашка, полтергейст, квартирный демон. Называйте меня, как хотите. Понять, кто я и для чего, сам не могу. Жуть как надоело сидеть в одиночестве, и решил я поделиться, кое-какими мыслишками. Мысли вслух и на бумаге, от бабайки на диване.

Об авторе.

Уже само название этой книги выглядит как путешествие в заманчивое далеко: вот сад, подернутый рассветной дымкой, вот юные жулики, пришедшие за чужими яблоками. Это образы из детства героя одной из повестей книги Анатолия Михайлова.С возрастом придет понимание того, что за «чужие яблоки» – читай, запрещенные цензурой книги и песни, мысли и чувства – можно попасть в места не столь отдаленные.

Раннее утро. Серебряная протока спит. Спят тальники, валом подступившие к берегу, спят травы, спит рыба. Пожелтевшие листья демку — стрелолиста — отчетливо выделяются на темной, торфянистого цвета воде. Вперемежку со стрелолистом лежат красноватые узорчатые листья чилима и зеленые блюдечки кувшинки. В глубине, сквозь коричневатую толщу воды можно увидеть стелющуюся по дну траву, сочную нитчатку, гибкую и шелковистую.

Небольшой рассказ-шутка  об особенных людях из необыкновенного села…

Скандинавия, Х век. Йомсвикинги недавно разбиты в морском сражении, история Норвегии принимает новое направление. Эти события затрагивают даже бывшего йомсвикинга Гутхорма, живущего в самой глухой норвежской провинции.

Нет. Так не бывает. Что-то с теми рыбами было не то. Определённо. Потому что всегда что-то из-за них случается. Как и снова сказочная , в смысле тот сказочный алгоритм: раз — два — три. С тою лишь разницей, что в.

сказках это разы, в которые чудеса творятся. А у нас — аквариумы. И, ведь, никто не поверит в то, что такое бывает. Но. После того, что случилось с моей Аськой, поневоле задумаешься: А сколько сказки в сказке (?!), в смысле — вымысла сколь? Потому что все сказки — далеко не сказки.

В теперь уже далеком 1925 году Всеволод Эмильевич Мейерхольд поставил в своем театре ГосТИМ пьесу девятнадцатилетнего Николая Эрдмана «Мандат». Премьера была триумфальной, пьесу в постановке великого режиссера называли важнейшим событием в художественной жизни Москвы. В интервью газете «Вечерняя Москва» Мейерхольд так охарактеризовал пьесу Эрдмана: «Современная бытовая комедия, написанная в подлинных традициях Гоголя и Сухово-Кобылина.

Книга Александра Дюма-отца давно и прочно вошли в круг любимого чтения миллионов. И роман «Двадцать лет спустя» – занимательный, остроумный, напряженный – блестящее тому подтверждение.

С того момента, как четверка отважных мушкетеров разрушила козни кардинала Ришелье против королевы, минуло двадцать лет. Во Франции наступило «смутное время», и друзьям снова пришлось взяться за оружие, чтобы послужить своей стране.

Предприниматель – миллионер нанимает Евгению Охотникову в качестве телохранителя для своей молодой жены. Но случается невероятное – Женя «упускает» свою подопечную… Взбешенный клиент грозит крупными неприятностями, к тому же задета профессиональная честь Охотниковой. Женщину необходимо срочно найти! Следы приводят Женю в элитарный загородный клуб, в котором богатым дядям предлагается весьма изощренное развлечение – охота на людей…

Закон будды Амиды гласит: убийца жертвует свое тело убитому, а сам спускается в ад. Торюмон Рэйден, самурай из службы Карпа-и-Дракона, расследует случаи насильственных смертей и чудесных воскрешений. Но люди, чья душа горит в огне страстей, порой утрачивают облик людей. Мертвые докучают живым, в горной глуши скрываются опасные существа, а на острове Девяти Смертей происходят события, требующие внимания всемогущей инспекции тайного надзора.