Дом уродов

«Бездна есть пустота бытия, она ощущается посредством всех возможных форм, где каждая в равной степени пуста, каждая, следовательно, злобна в единственном смысле слова — поскольку существует. Каждая возможная форма бессмысленна и жаждет стать реальной. Эти формы бесчувственно кружатся в случайном множестве как запылившиеся демоны, и каждое случайное соединение частей провозглашает себя индивидуальностью и вопит «Я есть я!», хотя и сознает, что его части не имеют истинной связи.

"Бездна есть пустота бытия, она ощущается посредством всех возможных форм, где каждая в равной степени пуста, каждая, следовательно, злобна в единственном смысле слова — поскольку существует. Каждая возможная форма бессмысленна и жаждет стать реальной. Эти формы бесчувственно кружатся в случайном множестве как запылившиеся демоны, и каждое случайное соединение частей провозглашает себя индивидуальностью и вопит «Я есть я!», хотя и сознает, что его части не имеют истинной связи.

Семья Карелиных собирается на дачу - красавица Женя, ее сын-подросток Артем, ее муж - глава семьи Владимир, и ее дочь - златокудрая малышка Агния. Уикэнд, к сожалению, будет омрачен тягостной необходимостью - на даче под присмотром сиделки живет отец Владимира, страдающий от деменции. Темное прошлое этого старика рвется наружу и доставит неприятности всем, кто окажется поблизости.

Евгений Шиков и Герман Шендеров | Таксёрские байки 3.

1951 год. В селе Дракулич, что с трудом восстановилось после разорения усташами в 1942 вновь беда - пропадают дети. Отец пропавшего ребенка, фельдшер и бывший священник отправляются на поиски...

Помощник машиниста остается за главного в застрявшем посреди снежной тайги поезде, после странного исчезновения машиниста с вышедшей на рельсы женщиной. .

Реальность мальчика Лени сера и безысходна — пьющий отчим инвалид, мать, загибающаяся на работе, эпилепсия… Но когда свет меркнет, приходят Хохотуша, Муррка, Грубяша и Глупыня, и жизнь тогда становится интересной, веселой и яркой… Кому же захочется возвращаться в реальность из таких грез?

Издатель«Редакция Кирилла Головина».

Леня? Странно звучит, по меньшей мере..

Студент-ветеринар Гриша обнаруживает в себе необычные способности (к примеру, может усыпить больное животное одним лишь волевым усилием), из-за чего и оказывается втянут в чужую жуткую игру.

Присутствуют ненормативная лексика и сцены насилия.

Существуют дома, где боятся жить даже привидения. В одной из таких квартир поселился главный герой. К сожалению, финансовая ситуация не позволила ему найти жилье приличнее, поэтому пришлось жить в квартире, где в девяностых годах убили наркоторговцев и буквально за несколько недель до новоселья умер предыдущий хозяин. А еще здесь по ночам что-то бьется в крышку подвала изнутри…

– А что там у вас дальше, за оранжереей, Степан Николаевич?

– А дальше у меня лаборатория, Тимофей Сергеевич, туда я вас и веду... Извольте...

Степан Николаевич Гущин, высокий, сухой, гладко выбритый, поджарый, одетый по моде британских островов – в узкие брюки и темно-синий блейзер, под которым виднелся белый жилет и галстук в горошек, – сделал изящный жест, приглашая гостя за собой.

Есть известный клип японской группы «Dir en Grey», там есть кадры с женщиной в кимоно, срывающей с дерева головку младенца. Ну и вообще, Япония богата на всяких монстров. Все вместе и навеяло)

! Фразы на японском произносит автор.

В этот раз Лору разбудил не шум и не тусклые огоньки, мерцающие в просвете между занавесками. В полудреме она решила, что причиной был запах, что-то вроде плохого воздуха, возвещающего о появлении джентельменов…

Вам когда-нибудь приходилось бежать против движения эскалатора? Уверяю вас, это довольно непросто. Наверняка многие из вас встречали в спортзалах "бесконечную" лестницу, предназначенную чтобы тренировать выносливость, перебирая ногами одни и те же несколько ступеней. Я много раз пробовал бегать по эскалатору вспять, и даже при должной тренировке на тренажёре мне удавалось это с некоторым трудом...

Если вы когда-либо встречались с необъяснимым, то легко меня поймете...

Он обитает среди торфяных болот. Он поднимается в ночи, в лунном свете, и исполняет желания. Но у всего есть своя цена и, порой, эта цена слишком высока.

Сеньора Ольга вместе с сыном гуляла в парке, когда к ним подошёл несколько странный человек и предложил газету вместе с розой.

Прибыв на работу в восемь утра с копейками, директор кладбища Денис Дерябин был неприятно удивлен наличием на центральной площадке машины «скорой помощи», суетящихся рядом медиков и забинтованного в нескольких местах стонущего тела…

1 место конкурса «История одной холодной ночи.» Группа «Стивен Кинг. Ужасы без границ.».

Я готова участвовать с сестрой в древнем ритуале среди болот. Лишь бы помочь ей…

Друзья, которые любят читать. Если вы являетесь поклонником жанра проза, то книга В сумерках, в одиночестве от автора Кутерницкий Андрей станет для вас настоящим открытием! Главной отличительной особенностью следовало бы назвать попытку выйти за рамки основного замысла, а также расширить круг проблем и взаимоотношений.

Это произведение пронизано тонким юмором, который помогает лучше понять и оценить происходящее.

Планета Новый свет могла стать раем для тех, кто не нашел счастья в старом мире. Но все надежды разрушил неизвестный вирус. Среди поселенцев не осталось ни одной женщины, а уцелевшие мужчины начали слышать мысли друг друга. Так появился Шум, который был наполнен мыслями и воспоминаниями каждого человека.

Тодд Хьюитт – единственный подросток в единственном на планете городе Прентисстаун.

Живя в Мадриде, Рубен Давид Гонсалес Гальего пишет по-русски. И не только и не столько потому, что, внук видного испанского коммуниста, он провел детство в Советском Союзе. По его мнению, только «великий и могучий» может адекватно передать то, что творилось в детских домах для инвалидов СССР. Описанию этого ужаса и посвящен его блистательный литературный дебют – автобиографический роман в рассказах «Белое на черном», ставший сенсацией уже в журнальной публикации.

Избранные стихотворения названных поэтесс по вкусу исполнительницы.

Для постера использована обложка поэтического сборника кубинской поэтессы Мирты Агирре Каррерас.