Дайте мне повеситься!

Что будет если поселить в комнату с четырмя разными девушками  домового? Или точнее наоборот!

Есть писатели которые видят другие миры и их произведения служат ключом в те миры. В тех мирах тоже есть такие люди. Чтобы не было из-за этого хаоса и появилась хоть какое-то видимость порядка появились они. Хранители книг. Знакомьтесь с их жизнью и людьми так или иначе связанных с ними.

В произведениях русского писателя Владимира Гиляровского со всей полнотой отражена его бурная, богатая событиями, встречами и приключениями жизнь: около 10 лет он скитался по России, работал бурлаком, пожарным, объездчиком диких лошадей, провинциальным актером. Гиляровский был одним из лучших репортеров столичной прессы, его «коньком» были уголовная хроника и репортажи, он писал о самых заметных и нашумевших событиях, его называли «королем репортеров».

Когда рухнула страна, нас держала на плаву любовь.

Та, что побеждает смерть.

Внешне все замечательно у Петра Манусевича в жизни. Он заведующий кафедрой в московском институте, считается авторитетом по определенной эпохе российской истории, супруга — красавица блондинка… Однажды на свой день рождения мать совершила вроде малозначимый поступок, но именно он стал причиной сердечного приступа у Петра и цепочкой последующих событий, которые перевернули всю его жизнь.

Рассказ Владимира Набокова «Гроза» является своеобразным пересказом библейской легенды о пророке Илье и ученике его Елисее. Однако перенесенное Набоковым действие в наше время «обрастает» своими деталями и подробностями, приобретая независимость (быть, может, не полную) от оригинального сказания.

Нет у меня ни имени, ни фамилии. Я вообще не человек. Я домовой, барабашка, полтергейст, квартирный демон. Называйте меня, как хотите. Понять, кто я и для чего, сам не могу. Жуть как надоело сидеть в одиночестве, и решил я поделиться, кое-какими мыслишками. Мысли вслух и на бумаге, от бабайки на диване.

Об авторе.

Уже само название этой книги выглядит как путешествие в заманчивое далеко: вот сад, подернутый рассветной дымкой, вот юные жулики, пришедшие за чужими яблоками. Это образы из детства героя одной из повестей книги Анатолия Михайлова.С возрастом придет понимание того, что за «чужие яблоки» – читай, запрещенные цензурой книги и песни, мысли и чувства – можно попасть в места не столь отдаленные.

Раннее утро. Серебряная протока спит. Спят тальники, валом подступившие к берегу, спят травы, спит рыба. Пожелтевшие листья демку — стрелолиста — отчетливо выделяются на темной, торфянистого цвета воде. Вперемежку со стрелолистом лежат красноватые узорчатые листья чилима и зеленые блюдечки кувшинки. В глубине, сквозь коричневатую толщу воды можно увидеть стелющуюся по дну траву, сочную нитчатку, гибкую и шелковистую.

Небольшой рассказ-шутка  об особенных людях из необыкновенного села…

Скандинавия, Х век. Йомсвикинги недавно разбиты в морском сражении, история Норвегии принимает новое направление. Эти события затрагивают даже бывшего йомсвикинга Гутхорма, живущего в самой глухой норвежской провинции.

Нет. Так не бывает. Что-то с теми рыбами было не то. Определённо. Потому что всегда что-то из-за них случается. Как и снова сказочная , в смысле тот сказочный алгоритм: раз — два — три. С тою лишь разницей, что в.

сказках это разы, в которые чудеса творятся. А у нас — аквариумы. И, ведь, никто не поверит в то, что такое бывает. Но. После того, что случилось с моей Аськой, поневоле задумаешься: А сколько сказки в сказке (?!), в смысле — вымысла сколь? Потому что все сказки — далеко не сказки.

Выбранная среди миллионов обычных девушек, новая студентка магического университета Междумирья и самая большая неудачница на свете… Это я! В первый же день моей учебы исчезла магия – совсем, везде, непонятно как. И учиться стало нечему, и домой не вернуться.

Ему наоборот повезло. Должны были лишить магии по приговору, а теперь лишать-то нечего.

Кавабата Ясунари (1899-1972) — всемирно известный японский писатель, книги которого переведены на многие языки. В 1968 году ему была присуждена Нобелевская премия по литературе «за писательское мастерство, которое с большим чувством выражает суть японского образа мышления». Произведения Кавабаты, написанные в изысканном стиле и удивительно лиричные, проникнуты красотой просветленной печали.

– Во-первых, ты в Анарантаре – мире, полном магических существ. Подозреваю, о нем ты не знала.

– Нет, – девушка продолжала воинственно наставлять на меня трубу.

– Во-вторых, перед тобой стоит дракон.

– Правда? – фыркнув, она окинула меня насмешливым взглядом.

– В-третьих, если произведена купля-продажа, предмет сделки не имеет права голоса.

Хо! Вы снова со мной?!

Весьма рад вашему вниманию.

Сенсей Кампай, один из лучших авторов хентая в Ханабен, представляет вам новую книгу.

Скажите, чего вы желаете? Узнать об истории моей матери? О наших взаимоотношениях с Лотосом? А может хотите всё же прочитать о жизни моих коллег? В первую очередь, конечно же, Кэори. Хотите, правда?