Ангелина Попович 1. Сыскарь чародейского приказа

Панна Моравянка, что держит трактир в славном городе Лимбург, видит призраков. Об этом почти никто не знает. Зато почтенные горожане осведомлены о наличии у панны наглых манер, острого языка и поставленного хука справа. Ну а призраки больше всего боятся попасть под удар ее карающей сковородки.

Татьяна Коростышевская - Призвание – миньон! Королевский миньон должен обладать целым сонмом исключительных качеств. Он должен быть верен своей королеве, умен, хорош собой, куртуазен. Он должен уметь добиваться поставленных задач и не почивать на лаврах после побед. Всем этим в избытке наделен Бастиан Мартере граф Шерези – красавец и льстец, интриган и бретер.

«Незваный гость хуже Мамаева», – любят шутить в чародейском приказе. Однако эту роль в уездном городке предстоит исполнить другому надворному советнику. Барышня Попович, перфектный столичный сыскарь, спешит расследовать загадочное самоубийство провинциального пристава. Берегитесь, злодеи!

Зло никогда не спит, убийства в Крыжовене продолжаются. Казалось бы, дело о самоубийстве пристава раскрыто, но по ходу расследования вскрываются новые чудовищные обстоятельства. Кто главный злодей? Кто дергает за ниточки? Кто пытается водить за нос служителей закона?

Распутывая одну за другой загадки уездного городка, Евангелина Попович не замечает, что сама движется навстречу смертельной опасности.

Что прикажете делать девушке, у которой проснулись способности к стихийной магии? Разумеется, учиться ими пользоваться. Ах, до ближайшей магической академии невозможно добраться? Ну, пусть бабушка поможет – она же ведьма. В затылок дышат таинственные вещуны, на дороге поджидают упыри и разбойники? Тогда надо ватагу друзей собрать – они защитят.

Татьяна Коростышевская - Проклятие – миньон! Нет ничего тайного, чтобы не стало бы явным. Вот и секрет графа Шерези надолго сохранить не удалось. О том, что под личиной королевского миньона прячется очаровательная девушка Бастиана, знает и ее величество, и лорд-шут, без которого в королевстве не обходится, кажется, ни одна интрига, и кто-то из друзей, и кто-то из врагов.

Татьяна Коростышевская – современная писательница, автор книг в стиле юмористического фэнтези. Её творческую манеру отличают захватывающие сюжеты, яркая любовная романтика и колоритный язык, заставляющий вспомнить хрестоматийные русские сказки. Предлагаем вам озвученный роман писательницы в жанре детективного фэнтези. Вместе с романом «Кисейная барышня» он составляет дилогию, написанную по миру, который уже знаком поклонникам автора, прочитавшим или прослушавшим книгу «Сыскарь чародейского приказа».

Татьяна Коростышевская – современная писательница, автор книг в стиле юмористического фэнтези. Её творческую манеру отличают захватывающие сюжеты, яркая любовная романтика и колоритный язык, заставляющий вспомнить хрестоматийные русские сказки. Предлагаем вам озвученный роман писательницы в жанре детективного фэнтези – по миру, который уже знаком её поклонникам, прочитавшим или прослушавшим книгу «Сыскарь чародейского приказа».

Заведя случайную интрижку с замужней женщиной, Тони Фальконе, счастливый муж и отец, и представить не мог, чем это кончится. Казалось бы ни к чему не обязывающий разговор после бурных ласк в гостиничном номере дал толчок лавине, которая погребла под собой его безмятежную жизнь.

Во всем Арагоне, во всей Кастилии нет часовщика искуснее Бруно Гугенота. Он настолько преуспел в своем мастерстве, что дерзнул бросить вызов самому Создателю, решив взять и повернуть ход времени. И немудрено, время действительно неспокойное: повсюду рыщут шпионы, вынюхивая очередного еретика, чтобы оттащить его на костер.

Время, считает Бруно, течет в какие-то совсем уж мрачные дебри.

Ирина Дегтярева - Химия Ее Величества. Москва, 2017 год. В одном из кабинетов «Лефортово» идет допрос экстрадированного из Германии игиловца – Рашида Евкоева. По данным разведки Евкоев – единственный на данный момент человек, который может дать бесценную информацию о некоем англичанине, то и дело наведывающимся в разные районы Сирии, где обосновались боевики ИГ , и по всей видимости передающего секретные разведданные руководству этой запрещенной в России террористической организации.

Стержнем романа является история самодеятельного театра «Хорин» и его главного идеолога — артиста со сценическим псевдонимом Томмазо Кампанелла. Судьба сталкивает Томмазо Кампанелла и его коллег по самодеятельному театральному цеху с людьми, не понаслышке знакомыми с тюремным миром, чтобы в конце неожиданным образом привести их на одну из самых модных профессиональных сцен столицы, когда там проходит премьера широко разрекламированного спектакля.

Елена Малиновская - Убить кукловода. Может ли марионетка переиграть кукловода? Странный вопрос, конечно же, нет! А если этой марионеткой являешься ты сама, а на кону – твоя жизнь? Волей-неволей начнешь собственную игру, пытаясь обрести долгожданную свободу и надежду на будущее. Мне, Доминике Альмион, специалистке по смертельным проклятьям, не привыкать распутывать клубки интриг и развязывать узлы загадок.

Повесть "Огарева, 6" является продолжением книги "Петровка, 38", и действуют здесь те же герои: сыщики Садчиков, Костенко и Росляков, перешедший после тяжелого ранения в ОБХСС. На этот раз им предстоит раскрыть крупные хищения социалистической собственности на пятигорской ювелирной фабрике и убийства в Москве. Кажется, между этими преступлениями нет ничего общего.

Сосланный в архив полицейский сержант-детектив продолжает копаться в старых нераскрытых делах. На этот раз его внимание привлекает совсем уж «седая древность» — более, чем столетней давности убийство, произошедшее в доме весьма уважаемого семейства, два представителя которых стали впоследствии губернаторами штата…

Эдгар Уоллес просто устал от однообразия своей жизни. И поэтому однажды он решил провести свой отпуск без обычных курортов, прогулок по набережной и обязательного чтения газет. И вплоть до последнего отпускного дня это получалось у него весьма удачно.

Наблюдательность никогда не бывает лишней. В некоторых случаях она не позволяет злоумышленнику довести начатое до завершения… Особенно в том случае, когда эта наблюдательность принадлежит такому человеку, как отец Браун.

Занимательное, поучительное, живое пособие по интернациональной кулинарии, в котором приведены рецепты блюд, взятых из историй о Ниро Вульфе, великом сыщике и величайшем чревоугоднике. Вы убедитесь, что они не так сложны по составу ингредиентов и технологии приготовления, как их интригующе-загадочные названия. Так что попробуйте и вы приобщиться к кулинарным тайнам повара Фрица Бреннера и разнообразьте ваше меню новыми блюдами.

Трансплантация искусственных органов – разрешена. Кибернизация человеческого организма – без проблем. Любые наркотики – легализованы. Браки с роботами и киборгами – хоть с пылесосом, главное, плати налоги. Мир будущего предстаёт таким, каким его создали люди и Корпорации. Киборг по «особым делам» Ник Фёст работает на одну из таких, параллельно пытаясь разобраться с тем, как быть хорошим отцом для человеческого ребёнка.

Фредерик Саломон Перлз, также известен как Фриц Перлз; — немецкий врач-психиатр, еврейского происхождения, выдающийся психотерапевт, основоположник гештальт-терапии. Совместно с Полом Гудманом и Ральфом Хефферлином написал основополагающий труд «Гештальт-терапия, возбуждение и рост человеческой личности». В 1952 вместе с «Семёркой» учредил Нью-Йоркский Гештальт-институт.

Собрание работ выдающегося пастыря XX в. Сергия Пражского: «Духовная жизнь в миру», «О подвиге общения», «О благобытии», «Жизнь Неба на земле: ее возможность и средства достижения». «Настоящий, от природы» монах, по отзывам знавших его, владыка Сергий как бы перелагает духовный опыт православия с монашеского уровня на мирянский. Глубокий духовный и обширный пастырский опыт владыки нашел здесь выражение в простых, но мудрых словах.

Предисловие пресвитера Руфина:.

«Поскольку я знаю, что, подобно тому, как стадо спешит на зов своего пастыря, также и верующий ученик радуется увещаниям своего наставника, итак, дражайший сын мой Апрониан, поскольку духовная дочь моя и сестра твоя во Христе попросила меня подобрать ей для чтения что–нибудь, написанное простым и довольно ясным языком, где она не затруднялась бы в понимании и, однако, преуспела бы в чтении, — я перевел на латынь Секста, о котором передают, что он тот самый, украшенный славой епископа и мученика, кого у вас, то есть в городе Риме, зовут Ксистом.